Интервью Стива Хау.
Окрябрь 2001 г.

Что нового ни сайте
Что я этим хочу сказать
Ritual
Starship Trooper, Turn of the Century, Siberian Khatru, Close to the Edge
Owner of a Lonely Heart, Heart of the Sunrise, Going for the One, Mood for a Day, On the Silent Wings Of Freedom
MAGNIFICATION album
The Ancient
Survival, Every Little Thing, The Clap, Don't Kill the Whale, Circus of Heaven, The Fish
Mind Drive
The Gates of Delirium
Tales from Topographic Oceans
О хард-роке в музыке Yes
Astral Traveller, Time and a Word, South Side, Parallels и др.
Olias of Sunhillow
О группе и о музыкантах, интервью, факты
Художественные работы, связанные с Yes
Статьи разных авторов
Переводы лирики
Моя коллекция Yes
Правдивые истории о Yes
По йесовским местам
?????????

Стив Хау - один из лучших музыкантов, когда-либо бравших в руки гитару. Он завоевал ряд наград, играя одинаково изящно и виртуозно в разных стилях музыки. Он стоит у истоков жанра progressive rock и продолжает увлекать и вдохновлять музыкантов и поклонников во всем мире.

Хау выпустил новый альбом под названием Natural Timbre. Это первый полностью акустический его альбом. Музыка с этого CD захватывает и относится к категории "must have" для любителей гитары. Несмотря на то, что у него есть все награды, какие могут быть у гитариста, Хау остается скромным и обходительным человеком. Из интервью вы узнаете о человеке - носителе легенды, о том, каково быть одним из лучших в своем жанре, о его работе в Yes и Asia.

Jeb Wright, October 2001

Jeb: Почему целиком акустический альбом появился только сейчас?

Steve: Он давно был на очереди и дожидался своего часа, пока я был занят другими делами. В прошлом году компания звукозаписи спросила: "Как насчет выпуска акустического альбома?". И я обрадовался, что они его хотят. Я знал, что идея сделать что-то, где было бы много сольных гитарных композиций, вообще хороша. А идея сделать это полностью на акустике мне приходила в голову. Сделать это было моей старой мечтой, так что с Natural Timbre она начала воплощаться.

Jeb: Это все новые песни или некоторые из них уже были у тебя?

Steve: В каждой понемногу того и другого. У меня и раньше была цель сыграть эти соло. Просто процесс записи более медленный, нужны репетиции и доработка. Они должны стать самостоятельными в результате, думаю, у меня получилось.

Jeb: Насколько трудно было отобрать нужные песни для альбома?

Steve: Как я сказал, некоторые из них уже существовали и нуждались только в завершении. Я хотел присоединить и кое-какие новые идеи. Было несколько мелодий, которые я не записывал последние несколько лет. Так что появился шанс для таких мелодий, как Golden Years и Curls & Swirls. Они пробыли в моем репертуаре несколько лет, и вот пошли в запись на этом альбоме.

Jeb: Мне понравилось, что есть пояснение к каждой песне альбома.

Steve: Когда избавляешься от всех этих устройств и электронных забот, все становится проще и интимнее. Что относится к музыке, что к конструкции, аранжировке и исполнению. Наружу выступает персональность. Меня никто не просил о сольной игре на гитаре, я сам хотел. На меня сильно повлиял Чет Аткинс. Я хочу, чтобы все поняли, что это мое направление произошло из опыта многих таких, как Чет Аткинс.

Jeb: Одна из моих любимых песен на CD - In The Course Of A Day.

Steve: Я посвятил ее своим друзьям из Пенсильвании, с которыми мы много общались. Она о раннем времени Yes и о нашей прекрасной команде. Ребята занимались своим делом, не обязательно связанным с Yes. Но они были очень добры ко мне. Я написал эту мелодию несколько лет назад, когда был там. Мне нужна была точка опоры, в смысле сочинения.

Jeb: Как тебе удается соединять свои эмоции в музыке?

Steve: Я всегда считал, что запись и, позволю себе сказать, наложение записей, не являются для современных музыкантов чем-то ненормальным. Когда я слушал вещи Леса Пола 40-х и 50-х годов, я нашел, что его наложения звучат отлично. Я хотел использовать эту технику, но также сохранить некий дух, как психоделику в 67 или прогрессив 70-х. Я хотел, чтобы в моей игре сохранялась изюминка. Я полагаю, так я и делаю. В основном я более эмоциональный музыкант. Я откликаюсь на то, что вокруг меня. Я думаю, люди это видят, когда я на сцене. Большое значение имеет атмосфера непредсказуемости, это важно. А в записи, я думаю, важно правильное сочетание фрагментов наложения и нужное чувство. Не просто сложить вместе части, а быть уверенным в правильной духовной соразмерности.

Jeb: В Pyramidology ты говоришь: "Симметрия приятна глазам. Это есть в пирамидах и есть в людях."

Steve: Это восточный взгляд. В Японии или Китае можно встретить людей, которые взглянут на тебя и скажут: "Вот эта часть тела слишком напряжена". Это касается здоровья, но симметрия вообще определяет красоту. Если есть симметрия на лице, мы считаем его красивым. Спросите представителей разных культур. Пусть они определят красоту из внешнего мира, им не принадлежащего. Попросите их выбрать наиболее красивые лица и фигуры. Станет ясно, что красота - это симметрия. Профессиональные фотографы часто разрезают лицо пополам и удваивают половинку, чтобы придать больше красоты. Когда глаза и губы уравновешены, получается красиво. А с pyramidology все довольно забавно. У меня есть знакомые в Бостонском музее изящных искусств. Один парень из музыкального отдела познакомил меня с приятелем... Обычно я не комментирую названия песен, хотя названия - очень интересная вещь, и я люблю с ними возиться. Так вот, тот познакомил меня с другом из Египетского отдела. Первоначальное название мне не нравилось, оно было неуклюжее и мало что содержало. И вот мне на ум пришло слово "Pyramidology". Моя жена сказала: это как-то слишком потусторонне. Но меня заело на этом слове. Что-то среднее между восточным определением, красотой симметриии и кругом любителей пирамид. Так оно получилось.

Jeb: Должен сказать, меня особенно впечатлило включение в альбом песни Yes "Your Move".

Steve: Аранжировка - главная работа пишущего музыканта. Если ты сочинитель, все равно нужна аранжировка. Но это было для меня праздничной работой, потому что я утащил все из Yes. Мне просто надо было взять наши голоса и положить их на инструменты. Я превратил Йона в гитару, себя в мандолу и Криса в мандолину. Это было приятно делать. Я получил много удовольствия. Структура была у меня в голове, я просто знал, что надо делать - и сделал.

Jeb: А как тебе пришло на ум такое - сделать каждый голос инструментом?

Steve: Я был очень занят переложением To Be Over. Это была попытка использовать Yes. Это была большая работа, надо было расставить все по местам, убрать ненужное. Я сначала думал, что одной композиции от Yes будет достаточно. Потом мне посоветовали, и я решил сделать еще одну короткую вещь. Я решил, что это будет легкая вещь. Я перебрал несколько композиций, где есть гитарное вступление, играя их на гитаре. Так я добрался до Your Move. Я подумал, что это подходит. В общем, меня соблазнила идея использовать All Good People. На самом деле, это не акустическая вещь, а электронная. Потом я просматривал альбом YES и нашел Disillusion (*), и я подумал: вот еще моя вещь. Я всегда играю эту часть, похожую на кантри, и я подумал, что можно сделать переход от Your Move к Disillusion, и меня это соблазнило. Я получил удовольствие, мне хотелось сделать, чтобы это звучало легко.

Jeb: Ты ведь давно не играл To Be Over, не так ли?

Steve: Верно. Когда Yes решает, что играть в турах, у людей разные предложения и мнения. Моя позиция в этих вопросах - я буду играть все, что угодно, потому что я помню все, что играл раньше, по крайней мере в основе. Разумеется, мне придется немного освежить вещь в памяти. Если бы мы решили сыграть To Be Over, мне понадобилось бы попрактиковаться, хотя я только что записал ее. Я никогда не терял связи с разными частями музыки, по крайней мере с большинством композиций. Я там выпустил одну часть с переплетением голосов, я просто не разглядел ее. Я готов проголосовать, что это один из моих любимых треков, а RELAYER - один из любимых альбомов. И обложка от него любимая. Взрывное было время. Мы уже замостили свой первый камень. Мы могли играть 20-минутные пьесы посреди чудовищного ландшафта - мы сделали TOPOGRAPHIC. Мы не успели воспринять всю критику, как сменили клавишного музыканта и опять сделали 20-минутную пьесу. Мы выпустили альбом по структуре почти идентичный CLOSE TO THE EDGE. Я думаю, это настоящий формат Yes. Я очень ждал этого альбома.

Jeb: Тебя не удивляет, что Yes приобрел известность несмотря на этот коммерчески неприемлемый и неслыханный в то время формат?

Steve: Это один из предметов моей гордости. В середине 70-х мы говорили, что цель у нас некоммерчесвкая. Atlantic хотел, чтобы у нас были хиты. У нас был Roundabout, вполне достойная хитовая вещь, потому что в ней воплотился стиль Yes. Таких песен у нас было недостаточно, они требовались для поддержания отношений с Atlantic. Когда вышел CLOSE TO THE EDGE, они спросили: а как же сингл? - и нам нечего было предложить. Но они были вполне довольны продажами альбома, так что нас не выставили за дверь. У нас было много нового и оригинального, но мало коммерческого. И все-таки нашлись в Америке люди, которые проигрывали нас по радио! Мы были единственной группой, которая играла такие вещи. И наша репутация была на этом основана. Однажды я сказал Йону: "Давай им всем покажем - устроим тур, в котором будем играть только 20-минутные вещи!" Дело в том, что Yes реально делал такие вещи, которые для других групп были пределом возможностей. Они могли, а мы делали. Тур Masterworks родился из этой идеи - это просто слегка разбавленная первоначальная моя идея. Когда-нибудь мы сделаем полный Masterworks, только с 20-минутными пьесами, потому что в них наша мистика.

Jeb: Мне очень понравился Masterworks. Yes действительно овладел аудиторией. Другие концерты, бывало, заводили публику, так что слюни текли, а на этом в конце некоторых песен была секунда тишины, потому что у всех на уме было только "ВАУ!"

Steve: Мне всегда хотелось завершить концерт на Gates Of Delirium. У нас этого не было, но мне бы хотелось. У слушателей такая реакция на Gates, что нас сметает. Мы принимаем это на музыкальном уровне, мы очень индивидуально восприимчивы. Йон говорит: "То, как вы слушаете нас, помогает нам играть лучше". Это очень правильно. Мы - интерактивная группа. Мы всегда на телепатической связи друг с другом и с аудиторией. Один из нас выходит за круг, чтобы сделать шоу. У Криса это здорово получается, он очень любит представлять. Yes находится в большей степени в музыкальном мире, чем кто-либо еще. Думаю, мы выглядели фантастически. В 1973 году я вышел на сцену в афганском облачении. У меня были ботинки, которые сковывали мне ноги. Все, что на мне было надето, было из Афганистана. Это было специально для TOPOGRAPHIC, я изображал парня из народа. Мы все были определенными персонажами. Крис носил что-то невероятное. Спустя годы мы стали обычнее, более традиционного рок-н-ролльного вида. Ну, кончено, Тревор Рэбин носил знаменитые кожаные штаны. В 80-е группа изменила имидж. А в 90-е мы опять изменились. Группа представляет собой смесь. Йон до сих пор немного напоминает хиппи. Я стал менее подвижным. Крис тоже умерил свою вызывающую манеру. Я теперь ограничиваюсь отдельными выкриками. Алана можно увидеть только в конце шоу. Мы не обсуждаем, во что мы собираемся одеться. В начале каждого тура мы хохочем друг над другом: "ты что, в самом деле собираешься в этом выступать?" Но после этого никаких обсуждений.

Jeb: Когда ты почувствовал, что Yes - что-то особенное?

Steve: Когда я пришел на прослушивание в Yes, все было просто. Я в то время заявлял на все стороны, что мне нечего делать. Я был без группы, а мне хотелось играть в группе. Позвонил Крис и сказал: "Мы видели, как ты играешь, ты здорово играешь. Приходи к нам, попробуем сыграть вместе." Это был первый день, когда я познакомился к Крисом и Йоном, их возможностями, новизной, техникой и стилем. Билл был порясающ. Когда он заиграл, я сразу подумал: это по мне. Может внешне этого не видно, но для меня барабанщик является центральной фигурой. Когда Билл ушел из Yes, я очень грустил. Может не сразу, но я почувствовал отсутствие его движущей силы в группе, мне было грустно. Мне нравились его сочинения, его манера игры и он сам. У него был отличный талант сочинителя. И у него было нужное для барабанщика сумасшествие. Он был фанатичным барабанщиком и добросовестным исполнителем. Но, возможно, он был слишком индивидуалистичным. Он считал, что CLOSE TO THE EDGE надо сделать коммерческим. Это было одной из причин его ухода. Он хотел продолжить учебу, ему не хотелось принимать участие в создание такой вычурной музыки, непохожей на джаз. Я думаю, Билл был вестником свободы прогрессива, которая помогла нам в том, что мы делали в 70-е. Алан, заменивший Билла, был идеальным решением. Он принес здоровый драматизм. Он сразу разглядел, что такое Yes, и что это отличный мотор, если имеешь голову на плечах, если играешь и пишешь свои части музыки, создаешь свою часть пространства Yes. Алан это делал. Но и сейчас у нас остается вклад Билла Бруфорда, потому что мы играем то, в чем он принимал участие. Я говорю это, потому что должен сказать. Нельзя забывать истоков. TIME AND A WORD вышел перед тем, как я пришел в группу - это удивительный альбом. Мы и сейчас, по существу, возвращаемся туда, потому что снова играем с оркестром. Не все оценивают его так высоко, но лично я нарисовал бы его на своем знамени. Это меня и купило в то время.

Jeb: На новом альбоме Yes нет Роджера Дина!

Steve: Я тоже этому поражаюсь. Мое мнение забаллотировали. Я не хотел отказываться от Роджера не потому, что он наш друг или блестящий художник, а потому, что он умеет создавать образы, параллельные нашей музыке. Где нам еще такого взять? У Роджера своя манера работать с бумагой, которой ни у кого нет. Нам очень повезло с ним в прошлом. Я очень надеюсь, что в будущем тоже.

Jeb: Я беседовал с твоим старым коллегой Джеффом Даунсом. Ты принял участие в новом альбоме Asia.

Steve: Мы с Джеффом и сейчас друзья. Он меня попросил сделать что-нибудь для последнего альбома. Я просто постарался вписаться в него. Мне понравилась работа. У них там много гостей на альбоме. И обложка Роджера у них мне тоже понравилась.

Jeb: Мне нравится и его новая работа для Uriah Heep.

Steve: Да, и на Uriah Heep все очень хорошо.

Jeb: Первый альбом Asia - один из моих любимых. Когда ты ушел в Asia, ты покончил с 20-минутными пьесами и принял формат Asia, некоторые фаны сказали тогда, что ты продался. Тебя это задевает?

Steve: Да нет, мы не собирались никому продаваться. Группа имела достаточно честное представление о себе. Мы делали альбом с Майком Стоуном. В конце, когда речь шла о микшировании, он сказал: "Предоставьте это мне." Я сказал: "Нет, мы хотим участвовать. Ты будешь продюсировать, но мы должны быть рядом." Поэтому он встречался с нами каждый вечер, чтобы мы могли видеть, что он делает. Мы могли прийти, увидеть что происходит, внести свой вклад и уйти довольными. Это был хороший альбом. Мы сделали его разумно. Единственно, что имеет отношение к продаванию, это тот факт, что Джефф Даунс и Джон Уэттон писали вместе. А второй альбом, конечно, был более для подростков, с любовными песенками. Мы с Карлом (**) были заодно, когда делали первый альбом, как и полагается в группе. Четыре члена группы имеют постоянные роли в выпуске альбома. Asia сделала хорошую работу. Мы выступили в коротком туре, и альбом вдруг пошел. Джефф и я играли в довольно разных манерах. Джон Уэттон пел, и у него был свой стиль, у него прекрасный голос. У Карла была своя харизма и свой подход к барабанам. Все были довольны первым альбомом, насколько только можно было ожидать. Для нас это было хорошее время. Не то, чтобы мы сказали: "А давайте здесь сыграем попсовую песню!" Хотя первый альбом в большой степени похож на поп-рок, все-таки там есть оттенок прогрессива. Есть кое-что, что люди считают изысканным. Что-то из написанного Джеффом и мной довольно драматично, особенно вступление к Only Time Will Tell. Там есть дополняющие друг друга линии, и бас вступает и все опрокидывает вместе с барабанами, в то время, как мы с Джефом играем в сущности две разные вещи. Это довольно занятно. Но я должен честно признаться: мне нравится поп. Мне нравится ABBA, мне нравятся Битлз. Биттлз - это поп, и эта одна из лучших групп в мире.

Jeb: Я согласен, но я помню, что гитарная общественность жаловалась, что там нет 20-минутных гитарных соло. Я думаю о первом альбоме Asia, что это смесь разных людей. Так же, как и Yes.

Steve: Wildest Dreams - не попсовая песня. Там довольно сложная гармония - есть что-то от Queen... Time And Time Again - тоже. Как ты и сказал, это набор разных ощущений. Для кого-то это слишком коротко, другие могут оценивать по-другому...

Jeb: Asia некоторое время жила, потом распалась. Так пару раз было и с Yes. Что привело к расколу группы?

Steve: В 80-е все было сложно. Asia жила недолго, GTR жил недолго, ABWH жил недолго. Это все печально. Артисты любят во всем винить менеджмент. Это общее место, что менеджеры виноваты, но я не думаю, что вся вина на них. Сами участники создают себе проблемы в группах. Конфликты личностей или конфликты музыкальных интересов могут иметь печальные последствия. Кто-то подсиживает кого-то за то, что тот делает не так, или кто-то что-то пытается изменить - тут много уровней. Возникает чувство, что что-то застряло и мешает. Начинаются мысли о том, что кто-то слишком выделывается. Возможен дисбаланс в группе, потому что кому-то скучно. Много сценариев для неудачной истории. Одно цепляется за другое, и все становится плохо. Все не так, как хотелось бы. Иногда люди уходят под влиянием момента, а потом хотят вернуться. Возникают парадоксальные потери времени. Другая проблема - связанная с бизнесом. Кто-то с чем-то не согласен, начинается дурное настроение. Кто-то считает, что с ним несправедливо расплатились. Люди запросто усложняют себе жизнь. И Asia, я думаю, этим страдала. А Yes - корабль дальнего плаванья. Его подремонтируют - и обратно в путь. Немногие группы так могут, особенно после ухода основателей. У Yes есть свой образ действий, который помогает выжить.

Jeb: Это влияет на творчество?

Steve: Обычное клише - группа распалась, но в музыкальном отношении это может быть и к лучшему. Иногда полезно оказаться вне конфликта. Люди могут повредить себе одним высказыванием. Например, что им нужно прокармливать себя. Тут могла бы быть целая книга, для меня она уже написана (смеется). Много взаимосвязанных проблем. Другая вещь, влияющая на группу - плохое финансовое планирование. В одной из групп, которую мы упоминали, это было. Мы растратились, ожидания были слишком велики, и мы оказались в пролете. Когда я был в одной из первых групп, у нас отобрали автобус. 30-40 лет спустя ничего не изменилось. Сейчас вместо автобуса могут отобрать Hummer (смеется).

Jeb: Как ты раскрываешь духовность в музыке?

Steve: Это простая вещь. Тут есть один путь, о котором я много не рассуждаю. Я стараюсь быть открытым к миру и готовым играть. Для начала нужно играть как можно лучше, с концентрацией и целеустремленностью, на какие способен. Простой путь, но я профессиональный музыкант и делаю так многие годы. Я не думаю, что гитарист должен просто выходить и играть. И любой музыкант не должен относиться к себе так примитивно. Музыкант должен держать себя в руках и поддерживать определенную внутреннюю дисциплину. Он должен переживать концерт в себе. Он должен сплотить публику и возвысить, а не просто играть. Если думать об этом, это помогает. Другие могут выдуть четыре пива и идти на сцену (смеется). Все делают по-разному. Все зависит от того, насколько это важно для тебя.

Jeb: А новый тур с оркестром, должно быть, требует еще больших приготовлений.

Steve: Я делаю все то же, что обычно. В некоторых турах я не делал саундчеков, но сейчас я их делаю постоянно. Я хочу, чтобы переключатели работали правильно, и быть увереным, что ничего не сломается и не разъедется в стороны. Я делаю это после репетиции оркестра - некоторые мелодии я писал, так что приятно слышать, как их играет оркестр. Когда начинается шоу, мы на месте, и они на месте. Дирижер должен сочетать две части музыки, это очень большая работа. Мы знаем, что они сыграют правильно. Нам не приходится бегать в оркестр, им это не нужно. Когда слушаешь роскошь их звучания, это очень спокойно, мощно и масштабно. Они на месте, и мне не приходится двигать переключателями. Просто они на месте. Это важная составляющая идеи расширения Yes с помощью симфонического оркестра. (***) Мы две недели репетировали в Рено, готовясь к концертам. Мы репетировали с записями оркестра, и нам не особо понравилось. Мы просто хотели подготовиться и собраться, чтоб сказать: мы готовы!

Jeb: Расскажи о картинке на задней стороне твоего альбома.

Steve: Это Барнс, Англия. По всей Англии есть заброшенные энергетические станции. Это около реки Тимс. Фирма очень заботилась об обложке, потому что раньше у меня были обложки Роджера Дина. Они велели мне прийти и принести кое-какую одежду. Они говорили, что в моей работе им понравилась мягкость. Они сказали: "Мы хотим сделать сочетание твердости и мягкости". На внешнем конверте была идея, чтобы я был позади этой ржавой зелени, но я решил, что это слишком закручено. Они говорили: "Стив - парень из Лондона. Он родился в самом индустриальном городе мира, и вот он сочиняет такую музыку."

Jeb: Ты когда-нибудь уставал от того, что люди твердят, что Стив Хау - величайший гитарист?

Steve: Честно говоря, не очень.

Jeb: А ты чувствуешь, что ты один из лучших?

Steve: Интересный вопрос. Я просто чувствую себя гитаристом. Можно сказать, что у меня своя тематика, и что она проявляется через манеру моей игры. У меня есть многое, что можно сделать. Если взять радугу, то можно сказать - вот тематика Стива Хау. Роль мульти-гитариста дает мне что-то вроде дымовой завесы. Я могу играть, например соло на испанской гитаре, а через пять минут меня нет! Мне нравятся эти модуляции. Пока я доволен своими модуляциями как артиста, я в порядке. Если они будут дисгармоничны, значет я что-то делаю не так. Мне нравится быть хамелеоном, переходить в одну секунду от электрогитары к pedal steel. Это моя натура. Я записался на CD с Оливером Уэйкманом. Он старший сын Рика, и у него не было таких крупных изданий. Оно называется The Three Ages Of Magic. Я немного участвовал в нем в качестве исполнительного продюсера. Ну и играл там. Это немного похоже, как если бы играли Рик и я. Я играл на Les Paul Junior, на акустической, на pedal steel гитарах, это дало мне возможность добавить свой спектр на запись Оливера. Он хотел, чтобы я играл на разных гитарах, и он остался доволен. Игра на гитаре - это не только для Yes и не только для меня самого. Для меня это еще и взаимодействие с разными людьми.

Jeb: Стив, спасибо еще раз за интервью. Я большой фанат твоей музыки.

Steve: Приятно было пообщаться.


Мои примечания.

* Disillusion - средняя часть Starship Trooper.

** Имеется в виду барабанщик Карл Пальмер, участник Emerson, Lake & Palmer

*** Мне кажется, в этом труднопереводимом потоке слов Стив хочет сказать, что оркестр выполнял свою роль, не обременяя группу, за что ему и спасибо.

Мастерство
Интервью со Стивом Хау - 2002
Гитарист-интроверт Стив Хау
Steve Howe - статья Д. Эпштейна