Знак Олиаса

Что нового ни сайте
Что я этим хочу сказать
Ritual
Starship Trooper, Turn of the Century, Siberian Khatru, Close to the Edge
Owner of a Lonely Heart, Heart of the Sunrise, Going for the One, Mood for a Day, On the Silent Wings Of Freedom
MAGNIFICATION album
The Ancient
Survival, Every Little Thing, The Clap, Don't Kill the Whale, Circus of Heaven, The Fish
Mind Drive
The Gates of Delirium
Tales from Topographic Oceans
О хард-роке в музыке Yes
Astral Traveller, Time and a Word, South Side, Parallels и др.
Olias of Sunhillow
О группе и о музыкантах, интервью, факты
Художественные работы, связанные с Yes
Статьи разных авторов
Переводы лирики
Моя коллекция Yes
Правдивые истории о Yes
По йесовским местам
?????????

Из облака высоких энергий миллионов лет три путника опустились на равнину Таллоукросс, они мчались, ведомые зовом. Точка их встречи лежала между полями и садами Геды, и высокие вершины, излучающие цвета и легкий ветер желания, окружали их в тот тихий вечер. Трое молча пели песню движения, и мир вокруг откликался на их магию хором звуков и вспышек.

  • Олайсу предстояло построить корабль Мурглэйд.
  • Раньарт владел моментами зарождения света.
  • Кокуак станет вождем и наставником народов Санхиллоу.

Так начинается короткое введение в альбом OLIAS OF SUNHILLOW, в котором Йон Андерсон музыкой рассказал историю о спасении четырех племен, чьей планете суждено было рассыпаться на космические обломки.

В 1975 году, после успеха альбома и тура RELAYER Yes оставил позади огромный, творчески цельный этап работы. Были записаны и отыграны в турах три фундаментальных музыкальных полотна, задавшие пищу для слуха и ума поклонников на много лет вперед: CLOSE TO THE EDGE, TALES FROM TOPOGRAPHIC OCEANS и RELAYER. Окончательно сформировался ансамбль четырех - та команда, о которой мечтал Андерсон годы тому назад, создавая Yes - и действительно, судьба связала их вместе как минимум еще на 30 лет. Группа прочно и бесповоротно заняла место в созвездии лучших музыкантов, играющих арт-рок. Всего этого было достаточно, чтобы отвлечься от практически непрерывной сессионной и концертной деятельности, которой Yes занимался последние 6 лет. Было решено, что члены группы, каждый из которых был теперь уже признанным маэстро, могут записать собственные альбомы.

На протяжении 1975-76 годов вышли 5 альбомов пятерых участников Yes, которые принято называть сольными, т.е., если по-русски, одиночными. Однако, безусловно таковыми они не являются. Альбомы эти писались при участии других музыкантов, в том числе и членов Yes. Так, на BEGINNINGS Стива Хау за барабанами сидел Алан Уайт, на RAMSHACKLED Уайта пел Андерсон, на FISH OUT OF WATER Сквайра играл Патрик Мораз, на STORY OF I самого Мораза фигурировал целый оркестр французских и швейцарских музыкантов. И только на OLIAS OF SUNHILLOW все партии играл, стучал, дудел и пел Йон Андерсон, один-одинешенек.

Прежде, чем начать рассуждения об Олиасе и его товарищах, хочу отослать читателя к отличной статье о Йоне Андерсоне Данилы Гливенко, где, в частности, подробно пересказывается сюжет альбома, что избавляет от необходимости пересказа здесь. Впрочем, альбом отлично слушается и без знания сюжета, потому что сюжет, созданный Андерсоном - это обобщенная сказка, каркас волшебного повествования, который автор наполнил собственным неземным видением и передал его с помощью звуков. Возможно, именно такая окраска истории звучала бы в устах сказителя из племени Награниум, потому что апокалиптические картины космического катаклизма, гибели цветущей планеты переданы легким, назатейливым и радостным языком нездешних народных песнопений и гимнов.

Желание создать собственный, единоличный альбом у Йона Андерсона было давнишним, хотя конкретный замысел сформировался в американском туре 1975 года. Ему хотелось быть в полной мере музыкантом, а одного пения в составе знаменитого ансамбля, как ему казалось, еще не давало права так называться. Музыкант - это тот, кто может делать музыку самостоятельно. Йон затворился на несколько месяцев в своей домашней студии, а после того, как он вышел с готовой записью, имя Олиаса быстро стало легендарным. Альбом не произвел коммерческой сенсации на музыкальном рынке (впрочем, как и предшествовавшие альбомы Yes), но многочисленным поклонникам Yes, нетерпеливо ожидавшим новых записей группы, он дал массу ощущений и основательный повод для приятных раздумий. Альбом был оригинален даже на фоне громады TALES FROM TOPOGRAPHIC OCEANS, казалось бы, вместившей в себя все, что способен создать Андерсон.

Звучание альбома с первых нот поражает инструментальной насыщенностью и тембровой гармонией, выверенностью баланса звука и одновременно почти концертной раскованностью музыкального изложения. Трудно было поверить, что это сыграл и спел один человек, тем более, что в 1976 году не было сегодняшних изощренных цифровых технологий звукового синтеза и наложения. Пьесы легко нанизаны на сюжетную нить и объединены редкой, всепроникающей грацией звучания. И все же каждая пьеса вполне самодостаточна, динамика и развитие тем практически отсутствуют. 8 частей альбома - 8 самостоятельных картин (исключая, возможно, только Moon Ra, где в одну пьесу вмещены несколько эпизодов, впрочем, тоже музыкально статических). Каждая картина создает свое небольшое медитативное пространство со своим настроением.

Вокалы звучат не доминирующим образом (как можно было бы ожидать от сочинителя-певца), но непринужденно вплетены в общую вязь звуков, иногда произнося текст, иногда добавляя чистый звук серебряного андерсоновского голоса. Ощущение от альбома - как от легкого покачивания в танце или на морских волнах под ясным небом. Проникновение музыки внутрь слушателя происходит, кажется, не только через уши, но через пробуждение архаической памяти, заставляющей воспринимать весьма необычные созвучия органично и без усилий. Чем больше слушаешь альбом, тем больше эта музыка кажется изначально знакомой, связанной с какими-то глубинными полузабытыми воспоминаниями.

Немудрено, что после выхода альбома в среде йесфанов поползли предположения о том, что послужило Йону отправной точкой в создании музыки. Уж слишком ощущалась под этими воздушно-кружевными формами какая-то твердая, устойчивая платформа. Андерсон называет по крайней мере два источника своего вдохновения - работу Роджера Дина на обложки альбома FRAGILE и книгу Веры Стейнли Олдер "Зарождение Мира". Связь с творением Дина очевидна и неоспорима. На лицевой стороне упомянутого альбома изображена цветущая планета, на обратной - та же планета, распадающаяся на куски, причем от нее улетает некий объект в форме рыбы - явная канва сюжета повести об Олиасе. Однако, эти картинки годятся для объяснения замысла Андерсона, но их недостаточно для предположений об истоках стиля и гармонии музыки. И, поскольку книгу Олдер, по-видимому, мало кто читал из фанов, поиски продолжились среди более распространенных источников.

Наиболее популярной версией стало и по сей день остается толкиеновское происхождение андерсоновских идей, напрашивающееся само собой. Описание у Толкиена эльфийского пения, его прозрачности, легкости, простоты и совершенства плюс любовь эльфов к колокольчикам моментально наводит на стиль Андерсона в "Олиасе". Вспомним, что у Толкиена валары творили пением и пляской, сам мир был сотворен музыкой Айнур. Также действуют и персонажи Андерсона. По Толкиену люди появились сразу вслед за Солнцем, люди - дети Солнца. Смешно и говорить, насколько эта мысль пронизывает все творчество Андерсона и повесть об Олиасе в частности. Знак Олиаса, о котором речь чуть ниже - знак Солнца. Это предположение подкреплялось тем, что Андерсон признавался в чтении Толкиена, но радикально подкашивалось тем, что он, всегда правдиво рассказывающий о своих источниках вдохновения, нигде не упоминал о роли этого чтения в создании альбома. Таким образом, простая логика приводит к выводу: раз две эти вещи, подозрительно схожие, не происходят одна от другой, то они обе происходят от третьей, еще более мощной и универсальной платформы. И тут уж - полный простор для фантазии...

Как удалось Андерсону, не особо владевшему инструментами и техникой звукозаписи, самостоятельно записать большой и разнообразный альбом? В микшировании ему оказывали помощь профессиональные люди, среди которых он особо упоминает Майка Данна (Mike Dunn). Во всем остальном он был предоставлен самому себе, и выбор инструментов и практика в игре - его единоличная работа. Йон Андерсон говорил:

В основном идея альбома включала самообучение. На полпути я осознал массу своих возможностей... и невозможностей. Это был поиск тех областей, где можно выразить себя. То время было очень насыщенным.

Андерсон проводил в студии по 10 часов без выходных. Набор инструментов включал Moog и другие кейборды, арфу, деревянные духовые, струнные, в том числе такие экзотические, как кото и ситар, барабанную установку и традиционные ударные с разных концов света и, конечно, огромное количество перкуссий и колокольчиков. Овладеть таким арсеналом было делом нелегким. Андерсон вспоминал, как колдовали со своими инструментами перед концертами Стив Хау и Патрик Мораз и настраивался на их "волну". Позднее он рассказывал:

Сначала я надеялся успеть к Рождеству. Но все оказалось сложнее, потребовалось 3-4 месяца, я работал все напряженнее... Должно же когда-нибудь получиться. Правда, в одиночку можно работать дольше, чем в окружении других. И все-таки я чувствовал, что мне нужна передышка, на месяц, чтобы потом вернуться и доделать. Хорошо, что я не стал прерываться! Хотя к концу я ноги с трудом передвигал. Пара моментов у меня никак не получались, потому что я заранее знал, чего хочу добиться. Как я ни комбинировал, не мог сдвинуться с места. А потом вдруг все сложилось! Первая дорожка второй стороны, Solid Space была одним из этих странных моментов - там, где корабль оживает. Потребовалось много терпения, чтобы получилось правильно.

Чтобы расслышать андерсоновскую работу и восхититься тонким подбором тембров, достаточно вслушаться практически в любой крошечный отрывок альбома. Даже вступительный удар гонга к первой пьесе при внимательном прослушивании раскладывается на несколько составляющих, звучащих еле заметным форшлагом и придающих явно продуманный тон бестональному ударному инструменту.

Предпочтение отдается тембрам с высоким, прозрачным тоном, очень много звенящих перкуссий. Нет впомине мощной "стены звука", которую обычно создает Yes. И, однако, все это вкупе с высоким голосом Андерсона не производит впечателение визга, скорее это напоминает немного отдаленное звучание праздничного пения, так что хочется подойти и расслушать получше; это усугубляется отсутствием привычной ритм-секции. Вообще - рок ли это? Несмотря на обилие инструментов и вокалов - ни одного лишнего звука, никакой "мясистости", лишь гармония и грация танца, которого, впрочем, хватает в сюжете. Эта отдаленность и неброскость звучания, как и нерасшифрованность сюжета, заставляют вслушиваться, фантазировать, додумывать - делать то, для чего и предназначена Музыка.

Разумеется, такая тщательная проработка звука, упор на тембровую гармонию плюс исполнение всех партий в одиночку практически не оставляют возможности концертного исполнения. Увы, за все приходится расплачиваться.фрагмент mp3 И все-таки Андерсон не был бы Андерсоном, если бы не попытался хоть что-нибудь из "Олиаса" сыграть на сцене. Мне известно только одно исполнение - вариация на тему Dance of Ranyart, игравшаяся в туре 1976 года, последовавшем за выходом сольных альбомов членов Yes. Возможно, были и другие, о которых я пока не знаю. Право, стоит послушать Йона с арфой вживую.

Обложка альбома работы Дэвида Роу

Отдельного внимания заслуживает оформление альбома. Автор - ливерпульский художник-иллюстратор Дэвид Роу (David Roe) - блестяще дополнил музыку Андерсона. По замыслу, стильности и созвучию с содержимым альбома работа Роу не уступает, а возможно и превосходит знаменитые обложки Роджера Дина. Тщательность проработки дизайна, почти не передающаяся вышеприведенной уменьшенной копией, под стать тщательности андерсоновских аранжировок, а золотисто-морская гамма, затейливые, но чрезвычайно стильные элементы, мастерски воссоздающие переплет древней книги, превосходно созвучны с музыкальным эпосом альбома.

Пару слов об авторе. Дэвид Роу - одна из самых смутных фигур, когда-либо принимавших участие в делах Yes, по крайней мере о нем весьма мало сведений в Сети. Известно, что он был оформителем фестиваля Isle of Wight 1970 года - череды концертов на гигантской площадке, где выступали Джимми Хендрикс, The Doors, Moody Blues, Jethro Tulls и многие другие великие артисты тех лет. Фестиваль в том году закончился печально - всеобщей свалкой, замусориванием и беспорядками, из-за чго был прекращен и возобновился только через 30 с лишним лет. Известно так же, что Роу оформлял альбом(ы) группы Nazareth, а в последствии - книги английской писательницы Энн МакКаффри. Те его немногочисленные работы, которые имеются в Сети, по стилю сильно отличаются от оформления "Олиаса", что заставляет предположить разносторонность его таланта. В остальном же некоторая таинственность автора художественного интерпретатора повести об Олиасе вполне органично дополняет неразгаданность самого Олиаса...

В свою очередь, среди элементов оформления отдельного внимания заслуживает изображенный на обратной стороне конверта символ - Знак Олиаса.

Символ этот со временем вошел в антураж Yes, наравне с логотипом и другими творениями Роджер Дина, хотя ассоциируется он в большей степени с Андерсоном. Символ странный и притягивающий. Что-то в нем от пирамид, от геральдики и от странных гигантских очертаний на земле в Южной Америке. Опять-таки остается загадкой, придумал ли его Андерсон или Роу или оба вместе. И придумали ли? Треугольник, квадрат и круг не впервые совмещены на обложке альбома Андерсона: так, один из символов Ордена Розенкрейцеров состоит ровно из трех этих фигур. Может Роу просто выполнил указание Андерсона и придал древнему знаку форму полустертой золотой печати? Мне неизвестно.

Как следует понимать этот Знак? Квадрат обозначает Землю, телесное существование. Треугольник означает небо, космос и духовное существование. Круг - Солнце. Солнце есть союз земли и неба, человек. Поэтому от круга исходят радиальные лучи. Квадрат Земли находится целиком внутри Солнца, но треугольник космоса вершинами выходит за солнечный круг - беспредельность духовного пространства. Угадывающийся крест, вертикаль которого проходит через три сферы, а горизонталь намечена там, где треугольник космоса проникает внутрь квадрата Земли - символ веры.

Jon Anderson (by Данила Гливенко)