Интервью Йона Андерсона изданию Music Street Journal. Ноябрь 2001 г.

Что нового ни сайте
Что я этим хочу сказать
Ritual
Starship Trooper, Turn of the Century, Siberian Khatru, Close to the Edge
Owner of a Lonely Heart, Heart of the Sunrise, Going for the One, Mood for a Day, On the Silent Wings Of Freedom
MAGNIFICATION album
The Ancient
Survival, Every Little Thing, The Clap, Don't Kill the Whale, Circus of Heaven, The Fish
Mind Drive
The Gates of Delirium
Tales from Topographic Oceans
О хард-роке в музыке Yes
Astral Traveller, Time and a Word, South Side, Parallels и др.
Olias of Sunhillow
О группе и о музыкантах, интервью, факты
Художественные работы, связанные с Yes
Статьи разных авторов
Переводы лирики
Моя коллекция Yes
Правдивые истории о Yes
По йесовским местам
?????????

Music Street Journal: Откуда взялась идея работать с симфоническим оркестром?

Jon Anderson: В течение 5 или 6 лет у нас периодически возникала и пропадала идея такого проекта. Мне кажется, в конце концов это Стив сказал: "давайте на этот раз запишемся с оркестром". Примечательно, что Крис и Алан сказали "да", потому что они всегда были ближе к року, более тяжелому стилю игры. Но на этот раз они быстро согласились - вроде как дали слабину.

MSJ: Ну и как по-твоему, получилось?

JA: Мне это нравится. Серьезно. Это будет частью истории группы. Это определяет нам следующие два-три года. Пару лет мы будем в турах, а потом сделаем перерыв, потому что мы постоянно работали последние семь-восемь лет без перерыва. Мы все обсудили и решили сделать этот альбом, и что мы включим в работу хорошего аранжировщика - Ларри Група, парня, которого мы нашли - у него отличный кинематографический оркестровый стиль. Так что перспектива альбома рисовалась для нас отличной. Поэтому мы решили еще пару лет поработать в турах, а потом сделать перерыв. Надо немного передохнуть.

MSJ: В результате этого масштабного тура вы вернетесь в Штаты?

JA: Надеюсь, будущей весной или летом. Мы обдумываем тур на следующее лето, возможно там будет больше песен с нового альбома. Сейчас мы играем только две песни, потому что альбом еще не вышел. Он выйдет примерно через месяц - 4 декабря он появится в Америке. В основном план такой: поздней весной или ранним летом мы начнем другой тур, где больше представим новый альбом.

MSJ: Как вы себя чувствуете на сцене? Похоже, вам немного тесно.

JA: А где ты нас видел?

MSJ: В Торонто.

JA: Да, там концерт был не на высоте. Так уж случилось. У нас был отличный звук в Квебеке и всю ту неделю, а когда мы выступали в Торонто, по некоторым причинам у нас получилось не все, как хотелось бы. Мы уже как-то говорили на эту тему. Мы не чувствовали себя неудобно - там отличная сцена, но звук был очень гулкий. Нам казалось, что все в порядке. Мы очень критично относимся к своим выступлениям, поэтому мы запомнили это шоу. Было как всегда, мы взяли оркестр - ты знаешь, мы каждый вечер берем новый оркестр, потому что дирижер с ними отлично управляется. Дирижер работал с оркестром днем, а вечером было шоу. Как и везде, случаются неудачные вечера. Можно быть лучшей футбольной командой, но однажды проиграть. Или бейсбольной. То же самое с музыкантами. Иногда бывает, что не получается. По некоторым причинам звук оказался не так хорош, как нам нужно. Место нам понравилось, но звук подвел. Вот предыдущим вечером в Квебеке - это было необычно, потому что там очень большой зал - там звук был фантастический. Такое случается. Звукоинженер, бывает, добивается хорошего звука 6-7 вечеров подряд, а потом у него что-то не ладится.

MSJ: Как работается по сравнению с более ранними работами с оркестром?

JA: Я записал альбом "Change We Must" в 91 или 92 году, я полюбил работать с оркестром, я понял роль оркестра, если его правильно применять. Все, что нужно - хороший аранжировщик. Суть не в том, чтобы нанять 50 человек для аккомпанемента. Любопытная вещь: этот год вообще богат на записи с оркестром - люди часто думают одновременно об одних и тех же вещах. Все дело в аранжировке. Если слушаешь альбом, замечаешь отливы и приливы - иногда звучание довольно тяжелое, иногда музыка просто красива, иногда пронзительная песня, иногда мотивы 17 века. Мне альбом очень нравится.

MSJ: А как работается по сравнению, скажем, с Time and A Word?

JA: Гораздо проще, потому что 30 лет назад музыканты знали рок-н-ролл, а сейчас большинство тех, с которыми мы работаем, любят Yes. Некоторые начали слушать Yes до того, как стали музыкантами. Среди оркестрантов полно фанов! Они дожидаются нас за сценой, чтобы пожать нам руки и взять автограф. Прямо маленький праздник любви каждый вечер. Очень необычно.

MSJ: Как ты воспринимаешь этот альбом по сравнению с последними двумя?

JA: Я всегда думал, что The Ladder послужил нужным поворотным пунктом, потому что я не был создателем песен вместе с Крисом и Билли для Open Your Eyes. Это был вопрос продолжения работы в группе - продолжения жизни группы. Менеджмент предполагал, что это будет крупный альбом, но этого не случилось. Когда мы добрались до The Ladder, я был счастлив. Это было для меня как глоток свежего воздуха. Это не вполне классический Yes, но довольно близко к нему. Странная вещь. Вчера я слушал песню, которая мне нравится. Это новый сингл Элтона Джона. Если послушать, это просто красиво. Чем больше слушаешь, тем больше это захватывает. Так и с большей частью музыки. Я слушал "Space Between" Дэйва Мэттью. Сейчас я слышал это уже раз 50 - она звучит везде. И начал вживаться в нее. Музыка так действует. Если играть ее много, люди постепенно вживаются в нее. Проблема нашей музыки в том, что у нас нет способа проигрывать ее, потому что на обычном радио ее играть не хотят.

MSJ: Что случилось с Игорем?

JA: Он не вписался в группу. В конце концов ребята сказали: "не поискать ли нам другого клавишника?" Он стал слишком заноситься в своей работе - немного от суперзвезды. Мы полагали, это часть его сценического имиджа, но в итоге оказалась, что это главная часть. Трудно работать постоянно с такими людьми. Мы уже сталкивались с этим - не буду называть конкретно - в одном из прежних составов у нас был парень, в течение года. Он тоже стал суперзвездой, потому что он был в Yes. Это нас раздражает, потому что мы не хотим быть суперзвездами. Мы не чувствуем себя легендами. Мы чувствем себя музыкантами, которые стараются сыграть хорошо, давать хорошие представления и продолжать свое дело. Вот так. Иногда в начале, когда работаешь с кем-то, все складывается хорошо. Поначалу все идет отлично, но потом в один прекрасный день начинает портиться.

MSJ: А что можно сказать о теперешнем клавишнике Томе Брислине?

JA: Том - замечательный, он чувствует себя частью команды. Он не состоит в группе, но он любит Yes. Он очень быстр на репетициях, он знает все партии. Он быстро находит общий язык со всеми. Обычно половина усилий в том, чтобы заставить людей оценить, кто ты, что ты делаешь и в чем твоя роль в группе. Мы всегда можем положиться на него и его участие. Я не знаю, сколько времени он захочет быть с нами или мы захотим - может быть, еще год. Ну а потом, как я говорил, мы хотим сделать перерыв. Он мне нравится. Славный парень.

MSJ: У тебя есть в работе другие проекты?

JA: Сейчас я работаю над своим проектом. Думаю, он будет готов к следующему лету. Он меня очень захватывает. Когда-то давно я сделал альбом под названием "Olias of Sunhillow", сейчас я возвращаюсь туда же.

MSJ: Это будет продолжением?

JA: Да, что-то вроде. В мистическом мире, который нас окружает, происходит масса всего. Мы сейчас входим в определенный период, выходит фильм "Властелин колец". Будет интерес к мистическому и к таким вещам. Я закончу как раз в нужное время.

MSJ: Ты всегда выглядел очень духовным человеком и пацифистом. Какова твоя реакция на теракт 11 сентября?

JA: Просто мы все духовные существа. Исламские народы духовны, буддисты духовны. Все реки текут в один океан - я повторяю это, потому что это сказал Ганди. Это говорили и многие великие люди. Я читал о том, что Кришна был Христом. Будда был Христом, Магомет был Христом. Иисус был Христом. А мы продолжаем искать различия и называем друг друга неверными. Религии произвели столько резни за все годы, это очень плохо. Это имеет мало общего с реальностью. Я думаю, в мире растет осознание того, что мы все - одно целое на нашей планете, и нам надо понимать друг к друга. Нам надо начать собирать не только богатство, но и духовность.

Подумайте, сколько продуктов питания западный мир выбрасывает, а остальные голодают. А теперь мы тратим деньги, чтобы накормить афганцев. Почему этого не было с тех пор, как Боб Гелдоф сделал "Помощь жизни"?(*) Я знал Боба, когда он работал над "Помощью", ему пришлось проломить столько кирпичных стен - просто потому что много коррупции в мире, так оно остается и поныне. Слишком много коррупции.

Я думаю, хуже всего, когда цивилизация начинает сомневаться в себе. По этой причине Америка не нуждалась в самоутверждении. У меня на джипе есть флаг, я не американец. Я американец только из-за моей любимой жены Джейн. Мы живем в Америке. Я люблю Америку. Америка - это правда - соединила детей всех наций в мире. Мы все здесь. Все нации приезжают жить сюда. Это центр урагана. Это то место, где должно начаться исцеление, потому что здесь есть все. Мы с Джейн были в Вашингтоне, когда это случилось. Там прежде всего замечаешь черные районы, белые районы. Да и в каждом городе мы видим разные районы для разных людей. У вас есть китайский район. Много наций внутри одной нации. Как правило, все живут в мире, но все стремятся к лидерству. Кто имеет больше денег? Кто самый богатый? Кто распоряжается деньгами? Это бесконечная история. Печальное время в моей жизни, да и для всех.

Мы собираемся в тур по Европе, и я думаю: "я буду петь Gates of Delirium на концертах, но сейчас я чувствую это по-другому". "Soon, oh soon the light" - это свет понимания, свет осознания. Я чувствовал это многие годы, и пел об этом с разным смыслом. Потому что я по-прежнему ищу и надеюсь, что мы пройдем путь. Как сказал Ганди, среди всех страданий в мире победит любовь. Любовь это сила.

MSJ: Ситуация заставляет многих людей в мире спрашивать себя.

JA: Много страха. Страх неизвестности - что будет дальше. Ты имеешь свою картину в голове, и миллионы людей в мире ее имеют. Это странно: на новом альбоме я пел "не могу выбросить из головы". Это о тех детях, которых уводили через дорогу в Лос Анжелесе из еврейской школы, когда там был парень с пистолетом. Я не мог выбросить это из головы, и другие вещи не мог - о работорговле в Западной Африке, о вовлечении детей в войну и так далее. Ребята в группе сказали: "Йон, это слишком тяжело". Я отвечал: "но это правда". Они сказали: "ладно, но можешь хотя бы убрать рабство?" Поэтому я переписал песню, она, по их мнению, была слишком мрачной. Я понимаю. Жажда жизни очень сильна в нас, но есть столько вещей, которые необходимо понять. Мы все это понимаем. Мы не так глупы. Мы знаем, что правительство должно работать. ЦРУ, ФБР должны работать. Все так считают. Не пора ли покончить с голодом на планете? Не пора ли посмотреть на Африку и увидеть там здоровое растущее сообщество вместо невероятной коррупции? Они ведь научились всему от британцев, датчан, бельгийцев. Их научили европейцы.


Мои примечания.

* Имеется в виду Bob Geldoff - автор проекта Live Aid, включающего в себя гигантские благотворительные концерты, в которых приняли участие десятки самых популярных исполнителей. Концерты состоялись летом 1985 года в Лондоне и Филадельфии. Выручка была направлена на помощь голодающему населению Эфиопии.

Мастерство
Певец солнца
Интервью - 2002
Интервью в чате - 2004