Два барабанщика

Что нового ни сайте
Что я этим хочу сказать
Ritual
Starship Trooper, Turn of the Century, Siberian Khatru, Close to the Edge
Owner of a Lonely Heart, Heart of the Sunrise, Going for the One, Mood for a Day, On the Silent Wings Of Freedom
MAGNIFICATION album
The Ancient
Survival, Every Little Thing, The Clap, Don't Kill the Whale, Circus of Heaven, The Fish
Mind Drive
The Gates of Delirium
Tales from Topographic Oceans
О хард-роке в музыке Yes
Astral Traveller, Time and a Word, South Side, Parallels и др.
Olias of Sunhillow
О группе и о музыкантах, интервью, факты
Художественные работы, связанные с Yes
Статьи разных авторов
Переводы лирики
Моя коллекция Yes
Правдивые истории о Yes
По йесовским местам
?????????

Я думаю, что сейчас, на пороге двадцать первого века
ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что первыми
музыкальными инструментами на Земле были ударные.
А, в свою очередь, первым ударным инструментом стала
грудная клетка, в которую первобытный человек бил себя
кулаком, выражая весь доступный ему спектр эмоций.

Евгений Рябой,
drums.ru

Группа, исполняющая рок-музыку, может не иметь в своем составе гитару или вокал или клавиши или даже бас. Но не может быть рок-группы без барабанов. Поэтому барабанщик, скрытый за редутами боевых инстументов, в отличие от остальных музыкантов почти невидимый публике - на концерте суть спинной мозг ансамбля, руководящая и направляющая сила, незримый дирижер и мотор исполнения.

Поскольку Yes - концертная группа, то и роль барабанщика в ней особо велика. 35-летний путь Yes прочерчен двумя траекториями мастеров ударного дела: Билл Бруфорд и Алан Уайт. И одним из самых популярных вопросов среди фанов группы является: а кто из них лучше? При всей его неразрешимости вопрос резонный: гитаристы Стив Хау и Тревор Рэбин стилистически слишком удалены друг от друга, чтобы их сравниать, клавишники Рик Уэйкман и Патрик Мораз тоже сочиняли и играли в разных пространствах. А вот барабанщики всегда напрашиваются на сравнение в силу простоты и универсальности своих инструментов. Барабан - он и в Африке, и в Лапландии барабан. Барабанная "батарея" почти всегда одинакова. Вот и тянет выяснить, кто из двух лучше.

В делеком 1968 году, когда Йон Андресон с Крисом Сквайром собирали группу, вопрос с барабанщиком был решен самым простым способом: Йон открыл газету Melody Maker, ткнул пальцем в объявление, гласившее, что барабанщик ищет работу в рок-группе, и немедленно набрал телефонный номер. Ответивший ему соискатель звался Уильям Скотт Бруфорд. Он соблазнил Йона двумя вещами: наличием у него ударной установки Ludwig и автомобиля. Первое отчасти снимало острую для начинающей группы проблему с оборудованием. Второе сулило волшебную телепортацию из студии в зал и обратно. Поэтому Йон без дальнейших выяснений пригласил его принять участие в их концерте, который должен бы состояться на днях - 7 июня 1968 года. Это было последнее шоу группы Mabel Greer's Toyshop, которой предстояло вскоре превратиться в Yes.

Так 18-летний Билл Бруфорд стал членом Yes. Он был самым молодым, и старшие товарищи приняли его очень хорошо, хотя никакого "Людвига" у него не оказалось, а был покрашенный черным дешевый "Олимпик". Зато у Билла было другое, у него было истинное дарование барабанщика, и Андерсон это мгновенно понял. И Билл ринулся в работу Yes со всем пылом новичка.

Дело в том, что для юного Билла Yes был первой серьезной группой. Билл учился играть самостоятельно, под влиянием американских джазовых звезд, начав с упражнений на картонных конвертах от пластинок. Спустя какое-то время, учась в школе, он приобрел малый барабан и постепенно набирал технику, стараясь повторить пассажи мастеров джаза, которые слышал по телевизору. После школы он поступил в университет на экономическую специальность, однако тяга к джазу пересилила, и он отдался на волю музыкальной стихии. И вот - Yes. Хотя это было не вполне то, о чем мечтал Билл (в идеале он видел себя джазистом), но его покорило пение дуэтом Криса и Йона. К тому же Билл был юношей достаточно прагматичным, чтобы понимать, что здесь и сейчас (то есть в Лондоне и в эпоху Beatles и Rolling Stones) гораздо больше шансов выйти в профессионалы через поп-рок, а не через джаз.

Для новичка-любителя Билл взял феноменальный разгон - с места в галоп. Рядом с уже немало поигравшими и видавшими виды Крисом Сквайром, Йоном Андерсоном Билл выглядел достойно, не хуже своих опытных коллег. С самого начала стало ясно, что вчерашний владелец самодельно-кастрюльной установки держит любой нужный темп и твердо обеспечивает стандартный драм-саунд позади группы. Достаточно послушать Every Little Thing с первого альбома Yes, чтобы в этом убедиться. Крис Сквайр говорит:

Всякая начинающая рок-группа настолько хороша, насколько у нее живой и изобретательный барабанщик. С него все начинается, и в этот период он - главный мотор. В случае Yes это сложилось очень удачно. В частности, он [Билл] очень хорошо повлиял на меня.

Не прошло и года, как возможности Билла перемахнули уровень необходимого, и барабанщик Yes стал заметной фигурой. Его игра, сочетающая энергию (именно направленную энергию, а не общий грохот), темперамент и необычную для поп-стиля пунктирную тонкость рисунка, обратила на себя внимание критики и публики. Выход на сцену митера Бруфорда рождал ожидание особой гармонии ритма, нетипичной для рока. Джазовые наклонности Билла порой вылезали, как шило из мешка, и придавали в целом битловскому звучанию раннего Yes шарм универсальности.

фрагмент mp3
Фрагмент исполнения Then,
1969, Лондон
фрагмент mp3
Соло Бруфорда в композиции Perpetual Change, 1970,
New Haven, US

После выхода в 1971 году альбома Fragile и американского тура в ушах любителей рока короткое слово "yes" зазвучало новым смыслом. Группа вырвалась из рамок подражания и перепева чужих композиций на новый уровень творчества. О Yes заговорили, и уже не только по-английски, и в числе упоминаемых имен "чудо-ребенок" Билл Бруфорд рисовался с некоторым ореолом восхищения. Его игра, тонко построенная на созвучии ритмов и тембров, неизменно приводила слушателей в восторг. Дерево рок-музыки стремительно вырастало из цветочного горшка ранних 60-х годов, а мистер Бруфорд как раз терпеть не мог шаблонов в творчестве. "Делать, что угодно, но ни в коем случае не быть повторяющимся и предсказуемым" - Билл провозгласил этот девиз и следовал ему всегда. Заученные партии были ему несвойственны.

Стив Хау:

Традиционное билловское после репетиции перед концертом: "А на концерте я сыграю по-другому. Всем пока." И так и случалось. Доверять ему было нельзя, приходилось считать такты.

Билл:

Это правда. Я знаю, что это не прибавило мне друзей. Но такова моя натура - импровизировать. Мне просто психика не позволяет играть одно и то же. Каждый вечер меня посещает какой-то новый взгляд на музыку. И так до сих пор.

Интересно, что в обыденной жизни Билл был человеком вполне практичным и уравновешенным. Из всей пятерки он в большей степени походил на английского джентльмена. В отличие от других, Билл никогда не пил и не баловался наркотиками. Опять же в отличие от других, он был довольно практичным в отношении денег. После концертов, когда в зависимости от того, как прошел вечер, все прочие пребывали в эйфории либо прострации, Билл деловито подсчитывал выручку и кому сколько причитается. Видимо, эта скрупулезность в жизни психологически требовала компенсации в виде творческой беззаботности. Или наоборот.

фрагмент mp3
Фрагмент исполнения Fish, Yessongs

Полет фантазии, приносивший Биллу такой успех на концертах, однако, мешал при записи, когда дисциплина насущно необходима. Ближайшим партнером барабанщика является, конечно, бас-гитарист, а Крис - человек весьма массивный и инертный и в жизни, и в музыке. И его натура настоятельно требовала, чтобы в записи каждый удар барабанов ложился точно в ритм. Здесь Биллу приходилось несладко - Крис подавлял его, спокойно поглощая импульсы темпераментного барабанщика и заставляя играть так, как ему, Крису, было нужно. Если учесть, что "как нужно" - было постоянном предметом ожесточенных схваток между Крисом и Йоном, то выходило, что Крис фигурально возил Билла носом по барабанам десять раз на дню. Сессии Yes были для Билла изматывающими. Группа жила вместе, сочиняла, ездила, работала - все вместе и все вперемешку. Вообще начальный период Yes был беспорядочен и предельно напряжен и сессиями, и концертами, и Биллу отнюдь не делалось скидок как самому молодому. Сочинение же и запись непрерывно сопровождались крупными и мелкими спорами между всеми и всеми, и эти томительные выяснения истины доводили нетерпеливого Билла до белого каления.

Биограф группы Крис Уэлч так описывает свое посещение студии Yes во время записи альбома Close to the Edge:

Было похоже, что только Йон Андерсон и Стив Хау представляют себе, что группа собирается записывать, и только Крис Сквайр и Эдди Эффорд в состоянии придать всему этому форму и записать. Рик и Билл казались вообще посторонними.

Когда я появился в студии, назревал очередной скандал. Билл сидел рядом с горой бумажных стаканчиков и терзал клавесин ручной работы, громко объявляя, что сейчас разнесет всю студию. Рик бродил по комнате, беззвучно разевая рот, и смешивал в чашке суп с шоколадом, дабы угостить этим следующего непрошенного посетителя.

Студия была темная и мрачноватая, посередине стояла внушительная микс-консоль. Инструменты были установлены в другой комнате, так что было ясно, что группа не играет вместе, а каждый впиливает свой кусок в общую мешанину, в которой, возможно, только Стив и Йон могли распознать нечто целое. Yes был заперт в этом склепе уже много дней. Через некоторое время после того, как я пришел, послышался глухой удар: Эдди свалился на пол. Он нечаянно уснул над своей декой, несмотря на нестерпимый звук, издаваемый вращающейся лентой.

Внезапно откуда-то из глубины студии прибрел Билл, дуя как попало в североафриканскую деревянную флейту. Обычно корректный Стив сказал ему, что если он собирается продолжать дудеть, то пусть лучше сам повесится - так для всех будет лучше. Билл в ответ завопил, что ему скучно, и топал ногами до тех пор, пока поднявшийся с пола Эдди не объявил, что сейчас проиграет смонтированную часть композиции под названием "Сохранение общей массы" (Total Mass Retain, вторая часть Close to the Edge. - Рыболов).

- Что это за "сохранение массы"? Что это означает? - принялся протестовать Билл.

- Что тебя не устраивает? - защищался Йон. - "Сохранение Общей Массы". Мне так подумалось!

Началось обсуждение заглавия. Я поначалу ослышался и принял его за "Возвращение общей массы" (Total Mass Return).

- Давайте назовем это просто: "Тошниловка", - предложил Билл.

Йон и Крис стали петь в микрофоны свои партии, причем когда фоновая инструментальная запись куда-то пропадала, они начинали сипеть и фальшивить. "Turn round! - Glider!" - ревели они. Вне контекста это звучало дико, но Йон упорствовал.

- Еще раз! - командовал он. Тут у него сорвался голос, и он никак не мог попасть в тон.

- Идиотизм, - прокомментировал Билл, беспрестанно мотаясь туда-сюда и явно мечтая оказаться за ударной установкой с парой палочек.

- А ты думал! Это работа не из легких! - ответил Йон и покраснел, - У меня голова заболела от тебя.

Я поинтересовался, кто автор текста. Крис Сквайр простер руку в направлении вокалиста.

- Ян Ондерсон на лирике. Старина Ян.

- Подумать только, наш пятый альбом, - мечтал вслух Йон сохраняя удивительное спокойствие на фоне своего мятущегося войска, - а кажется максимум третьим.

Тут из динамиков раздались звуки Close to the Edge, и все ринулись к пульту, сметя Эдди - Стив, Рик, Йон и Билл. Контрольная дека исчезла под клубком рук и пальцев, дергающих за регуляторы и бегунки.

... Прежде, чем я покинул студию, Эдди проиграл мне And You and I - я первый услышал эти 10 минут ошеломительной музыки.

- Ну-ка сыграй еще разок окончание, - сказал Стив, - Есть кое-какие мыслишки. Мы тут сделаем по-другому...

Когда я собирался выбраться в относительное здравомыслие залитых дождем улиц Сохо, Йон тихо сказал мне:

- Работы много, но ленивых у нас нет. Мы не собираемся почивать на лаврах. Еще пара лет - и будет нечто такое... Мы еще только начинаем!

В результате вышеописанных мучений CLOSE TO THE EDGE родился и вызвал сенсацию еще до наступления указанного Йоном срока. Но еще за пару лет до этого началось то, что в последствии довольно круто повернуло путь Yes. Это было знакомство с группой King Crimson и ее лидером Робертом Фриппом.

Вернее, это началось еще раньше, в 1969 году. В то время колхоз, включающий в себя музыкантов Yes, а также их подружек и жен, за исключением Тони Кэя, обитал в доме в Фулхэме, в Лондоне. Кстати, Билл к этому моменту был в компании единственным женатым мужчиной, невзирая на свои 19 лет, и по сей день он счастлив со своей женой Кэролин и тремя детьми. Так вот, в этом же здании жил Роберт Фрипп, талантливый гитарист и композитор, и в это же время King Crimson занимался примерно тем же, что и Yes - творил, учась и учился, творя. Группы знали друг друга. Фрипп часто посещал концерты Yes, а Андерсон в 1970 году принял как вокалист участие в записи развернутой и очень поэтичной композиции Фриппа Lizard. В том же году, когда гитарист Питер Бэнкс покинул Yes, Йон пригласил Роберта в группу гитаристом, но тот отказался. Вероятно, в это время Биллу и запала в душу атмосфера King Crimson, ее сумрачный колорит и романика. Позже Билл рассказывал, что уже тогда он дал Фриппу обещание когда-нибудь сыграть в его группе.

Интересный эпизод в отношениях двух групп, которым предстояло стать законодателями арт-рока, произошел в 1972 году, во время североамериканского тура, где группы играли в одном шоу. Критики усмотрели разительное сходство между композициями 21st Century Schizoid Man (King Crimson) и Heart of the Sunrise (Yes). Глядя из сегодняшнего дня, трудно найти похожие черты в этих двух совершенно разноплановых пьесах, но в то время прорыва арт-рока все было в новинку. Пассажи, исполняемые стаккато всеми инструментами, присутствуют и тут, и там, и были действительно схожи в своей новизне. Критика решила, что кто-то у кого-то украл идею, поэтому журнал Melody Maker провел маленькое расследование. Будучи спрошенным, Рик Уэйкман ответил, что, по его мнению, Йон и Крис написали Heart of the Sunrise самостоятельно и без подсказок, но на всякий случай пообещал разобраться в вопросе. В свою очередь, Роберт Фрипп загадочно улыбнулся и ответил вопросом на вопрос: "А вы как думаете?". Думать тут было особо нечего: Schizoid Man появился на два года раньше, чем Sunrise. Фрипп продолжил: "Yes образовался одновременно с Crimson. А первый наш концерт они услышали в 68 году, и это так их так сразило, что они до сих пор не пришли в себя. Запомните, Yes - отличная группа."

Гром небесный раздался в середине 1972 года, после выхода CLOSE TO THE EDGE: Билл Бруфорд заявил, что уходит в King Crimson. Из наконец-то "нашедшей себя", сбалансированной группы, после стольких трудов вышедшей на взлет, накануне неминуемого мирового признания и финансового цунами - в не очень стабильный и гораздо более скромно известный "Пунцовый король"! Сказать, что Yes испытал шок, значит ничего не сказать. Группе предстоял тур Close to the Edge - кто в состоянии заменить Билла? Группа планировала продолжить записи - как обойтись без его идей, его капризов, его импровизаций, его юмора? Его практической расчетливости, наконец? Все по очереди принялись уговаривать Билла остаться, но тщетно. Стив Хау позже вспоминал:

Самый большой за мою работу в Yes шок был, когда ушел Билл. Мы с ним были очень близки, и никто не смог бы сделать того, что делал Билл. Он был упрям, он говорил "нет", когда его пытались заставить. "Я не буду это играть! Не просите меня играть 4/4!" У него была эта черта, и мне она нравилась. Уничтожать клише. Ведь это и моя философия на гитаре!

Однако, остановить Билла Бруфорда не удалось даже всеобщими усилиями, и нужна была срочная замена - Билл собрал чемоданы 19 июля, а первый концерт тура должен был состояться 30-го. Счет шел на дни!

Звукоинженер группы Эдди Оффорд в очередной раз выручил всех. Алан Уайт был его знакомым, и Эдди срочно вызвал его в Лондон: у Алана как раз закончился итальянский тур с Джо Коккером. Встреча произошла в квартире у Эдди. Игру Алана знал Крис по его концертам в Лондоне. Крис и Йон были настроены более, чем решительно. Алан так описывает приглашение в Yes:

Крис с Йоном явились к Эдди и сказали: "Слушай. Или ты идешь к нам, или мы сейчас выбросим тебя в окно."

Алан не смог отказаться от такого убедительного предложения и принялся разучивать партии Билла. До тура оставалось четыре дня, и за этот срок освоиться новому человеку в группе такого уровня, какой был Yes к началу тура Close to the Edge, было немыслимо. Однако, выхода не было, и Алан сотворил чудо. Значительно позже Крис вспоминал:

Ему пришлось выучить всю концертную программу за три дня до первого нашего шоу в Далласе в июле 1972 года. Я навсегда это запомнил. Первый концерт был фантастическим. Ни одной ошибки, чтобы о ней стоило упоминать! Я сказал ему после: "Невероятно! Как тебе это удалось?" Он ответил, что за счет нервной энергии. Следующие две недели были ужасными. После первого вечера все распалось. Было не так уж катастрофично, но он явно покатился вниз прежде, чем начал потом подниматься. Просто он сосредоточил все напряжение на первом концерте, а потом сказалась усталость. Но после этого все стало быстро налаживаться. Сейчас он с нами так давно, что уже и не вспомнишь, когда мы были без него. Даже странно слышать, когда говорят, что в Yes было два барабанщика. Из 30 лет Алан с нами 27.

Алан Уайт был всего на год старше Билла, но судьба его была иной. Он рос в музыкальной семье, его дядя был профессиональным барабанщиком, и еще ребенком он получил в подарок ударную установку "Аякс". Примерно в это же время Билл тренировался на конвертах от пластинок. А к зрелому возрасту у него, в отличие от Билла, был собственный "Людвиг".

Алан пришел в Yes отнюдь не новичком. Два года он работал в Plastic Ono Band, и соседство с Джоном Ленноном и Эриком Клэптоном принесло ему известность и сценический опыт. К тому моменту, как Эдди попросил его присоединиться к Yes, за плечами Алана был опыт работы с Джо Коккером. Алан, в отличие от Билла, был уже готовый классный барабанщик, записавший с разными группами десятки альбомов и отыгравший сотни концертов. Однако, манера Yes разительно отличалась от того, что ему приходилось играть прежде. Алан:

Мой стиль отличался от стиля Билла, и хотя я в принципе мог играть а этом русле, я понял, что группа хочет барабанщика потяжелее, чем был Билл. Я был более в русле рок-н-ролла. Когда я пришел, у нас установилось что-то вроде взаимного соглашения: они мне дают три месяца, и я им даю три месяца, а потом мы сверяем наши показания. И вот - я все еще в группе, 27 лет!

Алан влился в группу, как родной. В ходе тура 1972 года он в совершенстве освоил репертуар Yes. В детстве он учился фортепиано, не оставил этого увлечения и в зрелые годы, поэтому в дальнейшем его креативное участие в группе не ограничивалось одними ударными. Скромный, дружелюбный, физически очень выносливый, с неизменной улыбкой на лице Алан был безупречен как товарищ и сотрудник. Тревор Рэбин заметил как-то:

Об Алане невозможно сказать что-либо плохое. По-видимому, это единственное плохое, что можно сказать о нем.

Самое главное - Алан отлично сработался с Крисом Сквайром. Выяснения между басистом и барабанщиком типа "А ты кто такой?", причинявшие Йону столько головной боли, навсегда ушли в прошлое. Крис и Алан понимали друг друга без слов. На сцене их слаженность поражает. В своих интервью оба с полной серьезностью утверждают, что во время концерта между ними действует телепатическая связь. Действительно, впечатление от исполнения сложных фрагментов и импровизаций заставляет этому верить. Иногда можно заметить, что Крис поворачивается к Алану и несколько секунд что-то говорит ему глазами.

Отыграв тур, группа приступила к записи TALES FROM TOPOGRAPHIC OCEANS. Если для группы это был трудный шаг вперед, то для Алана это был скачок прямо в неизвестность. Можно себе представить, что если даже для Йона, Стива, Криса и Рика это была огромная работа, то каково приходилось новичку Алану. Тем не менее, он не только выдержал этот период, но и украсил альбом собственными находками в чисто йесовском духе. Достаточно вспомнить отличную работу в композиции The Ancient или барабанное соло в Ritual. Или его триольные ритмы, ставшие фирменным звучанием Yes. Или акцентированные синкопы и форшлаги.

Дальнейшая судьба Алана была неоделима от Yes. Вместе со своим другом Крисом он прошел все взлеты и передряги, инкранацию с Тревором Хорном, инкарнацию с Тревором Рэбином, разделение на два Йеса, слияние в один большой Йес, пришествие то одного, то другого клавишника, разных продюсеров и менеджеров. И все это время Алан работал с удовольствием, он, лишенный личных амбиций и претензий, просто получал радость от своей игры и игры своих коллег. Он - единственный из Yes, ухитрившийся не увязнуть ни в одном скандале или выяснении отношений, какие непременно случаются в "звездной" рок-группе. Когда я вижу Алана на сцене, он, сидящий по центру и в глубине, напоминает мне возницу квадриги, в которую запряжена четверка остальных йесовцев. Его удары, резкие и отрывистые, похожи на нахлестывание лошадей, а азарт на его лице напоминает жокейский, и даже кажется, что его волосы, теперь уже седые, развеваются на диком ветру скачки...

фрагмент mp3
Фрагмент соло Алана Уайта
Open Your Eyes tour, Buenos Aires, 1998 год

А что Билл? Билл в это время вовсю работал в King Crimson и ни о чем не жалел. Его очень устраивала атмосфера в группе, ее музыка с частыми джазовыми ответвлениями и собственная роль во всем этом. Позже Билл говорил, что King Crimson - идеальный ансамбль для него. К периоду 1972-74 годов, когда Билл играл в Crimson первый раз, он относился как к продолжению своего музыкального образования. О своем периоде Yes он говорил так:

Yes - моя любимая группа. Когда я ушел оттуда, это была лучшая группа в мире. Мне некого винить за то, что случилось. Конечно, Крис вечно опаздывал, Йон иногда вел себя, как Гитлер, но это не главное. Группа представляла собой нечто большее, чем сумма своих частей. Это была потрясающая организация. Мне было жаль уходить, но я чувствовал, что так надо. Я желаю ей здоровья и успехов. И новых достижений.

Биллу предстояло играть в Genesis, UK, выпускать собственные альбомы, потом опять в King Crimson, работать на пару с экс-йесовцем Патриком Моразом, организовать свою группу Earthworks, снова King Crimson, работать менеджером, продюсером, композитором, публицистом, стать мировым авторитетом в музыке. Предстояло ему и дважды ненадолго пересечься с бывшими коллегами по Yes. Первый раз, когда после раскола Yes в 1989 году Андерсон пригласил его для записи альбома с ним, Хау, Уэйкманом и Тони Левином, в результате чего родилась запись ABWH, неформально вошедшая в собрание сочинений Yes. И два года спустя, после объединения группы, когда Билл принял участие в грандиозном туре Union, где играл на пару с Аланом Уайтом. Правда, Билл низко оценивал этот тур и свое участие в нем, он считал, что 8 музыкантов на сцене - это слишком много, и что его роль была слишком сжата. Но факт тот, что тур весьма высоко оценили фаны, а их мнение, несомненно, более весомо.

Самое загадочное из человеческих качеств - обаяние. Мы можем сказать, что оно есть или его нет, но мы не в состоянии его объяснить. Прошел мимо человек, улыбнулся или даже просто бросил взгляд или сказал "Привет" - и невидимое облако обаяния проплыло через вас. Вы чувствуете его свежее прикосновение, но вы не понимаете, откуда оно взялось. Вы только можете констатировать, с восхищением или завистью, что это - свойство данного человека и всего, что он делает. Билл Бруфорд обладает обаянием, и не только в личном плане, но и в музыкальном. И как только он садится за барабаны, незримые волны обаяния поглощают слушателей.

фрагмент mp3
Фрагмент барабанного дуэта Алана Уайта и
Билла Бруфорда, Union tour, Nagoya, Japan, 1992 год

Так кто же из двух? Мистер Билл Бруфорд, принявший участие в сотворении Yes и сотворенный в Yes, живая легенда мира барабанов, неподражаемый кумир и в роке, и в джазе, аристократ с гербом из двух скрещенных палочек? Или мистер Алан Уайт, неизменно верный рабочий мул, вынесший на своей широкой спине тысячу тонн породы, которую грузили на него Андерсон, Рэбин, Хау, Уэйкман и все остальные, и из которой явились на свет драгоценности, собранные в ожерелье Yes? Тим Морс, автор биографической книги Yesstories, называет Алана невоспетым героем. Одно можно сказать с уверенностью: без любого из них не было бы Yes.


Мистер Билл Бруфорд


Мистер Алан Уайт

Каждый вправе мерить на свои весы. Но однако, у жителей России есть один маленький довесок на одну из чашек. Ибо все мы люди, все человеки. Вот он, этот довесок:


Алан с женой Джиджи во время посещения Москвы в составе Yes,
октябрь 2001, тур Yessymphonic.

Мастерство
Интервью с Аланом Уайтом (январь 2004)
Интервью с Биллом Бруфордом (январь 1995)